Два ночи, в дневное время постыдылся бы запостить такой пафос

[egils]

schriftsteller в защиту эвенков выложил фотографии мёртвых городов СССР -  строенных для освоения Севера при советских вождях и померших, как только прекратились поступления из Центра. А местные народы живут себе, поскольку их жизненный уклад приспособлен к условиям.
А мне подумалось, что вот поэтому нам не грозит ни массовое нашествие зелёной чумы, ни эфиопских иммигрантов. Хрен с ним, с холодом, не такой он у нас страшный. Важно то, что климат и условия формируют образ жизни, несовместимый с ближневосточным исламом или афромазым либо индийским похуизмом. Здесь могут жить только народы, понимающие, что такое зима, и сознающие, что она - главный противник человека. Не беспощадный враг, как на более жестоком Дальнем Севере, а именно противник, выходкам которого вроде снегопада или внезапного холода ещё можно восхититься, красотой которого можно наслаждаться, который приносит свою пользу хозяйству при правильном его ведении, но которому приходится противодействовать и именно определёнными способами, чтобы не дать дуба. Зима - участник конкурентной борьбы образов жизни.
Зима - это наш шанс на свободу, когда другие уже рискуют прогнуться перед врагом. Сюда он в массе - не пройдёт. А те, кто пройдут, станут другими. Как тот небедный нигериец, который после нескольких лет в Латвии поехал в Нигерию и больше не ехал, потому что слишком жарко и всё чуждо и неправильно.